АналитикаГлавное

«Шал, кет!» Шесть вопросов о протестах в Казахстане

В первых числах января весь мир прильнул к экранам телевизоров: в Казахстане развернулись настоящие уличные бои. Картинка в деталях напоминала аналогичную Украине в 2013-2014 годах: горящие здания, перевернутые авто полиции. Но первопричины и итоги событий в Казахстане все-таки очень отличаются от наших. Чем именно – в материале.

С чего все началось?

Loading...

С 1 января решено было перейти на формирование цен на сжиженный газ (основной вид топлива для местных автовладельцев) через электронные торговые площадки и биржи, там газ перекупили спекулянты – и цена поползла вверх: если перевести на украинскую валюту – с 3,7 грн до 7,5 грн (для сравнения, на украинских заправках пропан стоит в среднем 19 грн). А 2 января жители города Жанаозен Мангистауской области Казахстана перекрыли дорогу. «Затем возникла консолидация различных протестных повесток, в т. ч. по многодетным матерям. Чуть позже присоединились требования по отставке Нурсултана Назарбаева с его постов», – поясняет  казахстанский политолог Талгат Калиев: так остросоциальный протест перешел в политическую повестку.

Это «цветная революция»?

В нефтедобывающем Жанаозене это далеко не первые митинги – предыдущие прошли 10 лет назад, на 20-ю годовщину независимости страны местные работники требовали улучшить их условия труда. Полиция усмирила демонстрантов, открыв огонь. Тогда погибли 16 человек (официально), еще 100 были ранены. В этот раз центром протестов стал южный город Алматы, первая столица республики, – он славится свободолюбием. Основной предпосылкой стало, по сути, социальное расслоение и коррупция (в Казахстане распространена практика взяток даже при приеме на работу). Но были и другие, менее очевидные, факторы. Определенные признаки «цветной революции», действительно, есть – к примеру, призывы к свержению «антинародной» власти. Однако ни результат (подавление митингов), ни предпосылки не говорят о реализации такого сценария.

Как протесты охватили всю страну?

4 января власти заявили о возврате газовых цен на прежний уровень, но людей это не успокоило: протесты вспыхнули за пределами Мангистауской области и охватили за пять дней 17 городов страны. Начались стычки с силовиками, их забрасывали булыжниками и «коктейлями Молотова», жгли авто, в т. ч. кареты скорой помощи. В ответ летели светошумовые гранаты и резиновые пули, разбрызгивался газ. Не менее 17 силовиков погибли, двое из них были обезглавлены. Здания акимата (администрации), первой резиденции президента и прокуратура в Алматы были подожжены, аэропорт – захвачен. В ход пошло огнестрельное оружие, отобранное в полицейских участках. Мародеры грабили магазины, банки, банкоматы. Воронка протеста затягивала все большее количество людей, тысячи были арестованы, 164 – погибли (в т. ч. трое несовершеннолетних). Это вовлекало все новых протестующих.

Кто протестует и есть ли фактор ислама?

Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев назвал протестующих «террористами». На самом деле в основной массе бунтовщиками стали жители городов и окрестных деревень – малообеспеченные, безработные и те, чьи семьи за прошедшие 30 лет переехали из аулов в города, но так и не сумели найти в них свое место.

Однако власти Казахстана заявляют о еще одной, отдельной, категории протестантов – гражданах соседних Кыргызстана и Таджикистана (тем более, что в Бишкеке на днях заявляли о предотвращении попытки госпереворота). На этом фоне произошел инцидент с певцом Викрамом Рузахуновым, который прибыл в Алматы на гастроли, но пропал: государственное ТВ Казахстана показало запись, на которой тот признается в участии в проплаченных митингах (на лице при этом – явно следы побоев).

Говорили и об участии радикально настроенных исламистов из соседнего Афганистана. Это пока недооцененная проблема – Казахстан, как и прочие среднеазиатские республики, подвержен угрозе радикального исламизма (который, в свою очередь, привязывается к теме «нового Халифата»). Есть еще одно мнение: протест подпитали представители элиты, которые добивались отставки президента Токаева.

Был ли конфликт элит?

«Двоевластие» возникло после транзита власти два года назад, когда Нурсултан Назарбаев оставил пост президента, после чего на выборах победил Касым-Жомарт Токаев. Сам Елбасы (почетный титул, «лидер нации») остался на посту главы Комитета нацбезопасности (КНБ), при этом члены его семьи контролировали целые отрасли – тем же сжиженным газом, к примеру, ведает зять Назарбаева, Тимур Кулибаев.

Один из лозунгов протеста – «Шал, кет!» («Старик, уходи!») – отражает желания части протестующих. Назарбаев ушел с поста в КНБ, и 4 января появилась противоречивая информация – о «чартерных бортах», на которых члены его семьи якобы вылетели из страны, и о «зачистке» топ-силовиков, назначенных им. Местные СМИ сообщили даже об аресте племянника Назарбаева, Самата Абиша, зампреда КНБ, но новость оказалась фейком.

Версию о том, что президент Токаев использовал протест с целью централизовать власть в своих руках, поясняет политолог-международник Максим Яли: «Сперва Токаев воспользовался моментом для устранения Назарбаева и его родственников. Затем племянники Назарбаева, имеющие ресурсы и связи в КНБ, решили продемонстрировать, «кто в доме хозяин. Но Токаев оперативно обратился в ОДКБ, получив поддержку».

Первое время данных о местонахождении Назарбаева не было, но 8 января его пресс-секретарь написал в Twitter: «Елбасы проводит ряд консультативных встреч и находится на прямой связи с президентом». «Президент (Токаев. – Авт.) усиливается с той точки зрения, что в подобных кризисных ситуациях должен быть единый центр принятия решений, – поясняет политолог Калиев. – Для него это очень серьезный тест: сможет его разрешить – станет намного сильнее».

Возможно ли подобное в Украине?

Протесты – явный сигнал для украинских властей о необходимости обратить внимание на остросоциальные проблемы. Пусть подоплека их иная (политические циклы в Украине и Казахстане различны по сути и форме), «триггером» протеста могут стать те же насущные вопросы – тем более, что в Украине «полотно» социальных проблем куда хуже, доходы населения – ниже, тарифы – выше.

«Многие начали говорить – мол, теперь оппозиция может это использовать. По большому счету, да, может – особенно когда придут платежки за январь, – считает политтехнолог Виталий Бала. – Теперь они смогут сказать, мол, даже в Казахстане люди не могут это терпеть, вышли на улицы, а правительство – ушло в отставку».

Via
Тарас Козуб
Источник
vesti.ua

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.

Кнопка «Наверх»
Закрыть
Закрыть