Макаренко: сейчас мимо таможни идет около 30%, а коррупция стала массовой, тотальной, циничной и беспросветной.

Экс-глава таможенной службы Украины Анатолий Макаренко в интервью программе “Гордон” на телеканале “112 Украина” рассказал о своем тюремном заключении, о проблемах украинской таможни, а также о том, что стоит предпринять, чтобы справиться с коррупцией и контрабандой на границе

Гордон: В эфире программа “Гордон”. Сегодня мой гость – экс-глава таможенной службы Украины Анатолий Макаренко.

Анатолий Викторович, добрый вечер. Вы окончили Киевское высшее военно-морское училище и служили на Северном флоте, на атомных подводных ракетных крейсерах. Как вам служилось?

Макаренко: Напряженно, интересно и памятно на всю жизнь. Наверное, это были лучшие годы моей жизни.

Вы ушли в каком звании, в какой должности?

  • Я ушел в звании капитана 2 ранга, заместителя командира атомного подводного крейсера.

Были нештатные ситуации когда-нибудь на атомном подводном крейсере?

  • Атомная подводная лодка – это атомная электростанция и космодром “Байконур” в одной трубе. Поэтому, как на каждой атомной станции и космодроме, возникали самые разные ситуации. Тем более мы находились в замкнутом пространстве на глубине 300-500 м, и, конечно, нештатных ситуаций было много. Особенно памятной была ситуация буквально перед уходом с военно-морского флота, когда за один выход в море подводная лодка пыталась утонуть, сгореть, произошла течь одного из контуров ядерного реактора. Я на всю жизнь запомнил свой самый последний выход в море. Хотя их было десятки.

Вы должны были тогда погибнуть?

  • Могли.

Лодка “Курск”, которая, как известно, утонула, была похожа на ту, на которой ходили вы?

  • Я ходил в море на подводной лодке 12 в серии лодок типа “Курск”. Моя подводная лодка – это проект 949А. Таким же проектом была подводная лодка “Курск”, порядковым номером ее был 13-й. Я хорошо знал экипаж, погибший на лодке, и знаю многие подробности того, что произошло на “Курске”.

А что произошло на “Курске”?

  • Цепь неблагоприятных для экипажа событий, просчеты командования и полное отсутствие навыков аварийно-спасательных операций у тех служб, которые  должны были этим заниматься. Плюс отсутствие воли у руководства страны к немедленному взаимодействию с норвежскими спасателями и спасателями из других стран. Потеряли время, потеряли людей.

Когда “Курск” погиб, вы плакали?

  • Да. Там погибло очень много тех ребят, с которыми  я начинал служить и с которыми учился в учебном центре. Мой экипаж формировался за полгода до формирования “Курска”. Я мог уйти замкомандира этой подводной лодки.

Вы руководили Таможенной службой Украины дважды: с 2009 по 2010 год и с 2014 по 2015 год. Многие космонавты рассказывали мне, что их самый любимый фильм – “Белое солнце пустыни”. Они его всегда смотрели перед тем, как отправиться в полет. Вы фильм “Белое солнце пустыни” Мотыля  любите?

  • Это один из самых любимых фильмов. Еще до таможни.

Что больше всего сегодня везут в Украину контрабандисты?

  • Контрабандисты в Украину сегодня везут все, что выгодно в Украине продать и сбыть: начиная от дамских трусиков, заканчивая оружием и наркотиками. Самый прибыльный контрабандный товар, который вывозят из Украины, – это сигареты, поскольку себестоимость пачки сигарет в Украине отличается от стоимости на теневых рынках Европы. В Украину сегодня контрабандно завозят прежде всего товары народного потребления: электронику, продукты питания, высоколиквидные. Скорей всего, это сегмент товаров народного потребления.

Какие объемы денег, приблизительно, идут мимо бюджета через таможню?

  • Мимо таможни идет около 30%. Это огромные деньги. Это десятки миллиардов гривен и миллиарды долларов.

Кто сегодня рулит таможней? Я имею в виду, кто реально ею управляет?

  • Таможней сегодня не управляют. Таможня Украины сегодня напоминает ребенка, у которого семь нянек, но ребенок бесхозен, недосмотрен, брошен. Поэтому фактически над таможней  Украины сегодня нет системы управления, нормальной и адекватной. Сегодня существует система неких смотрящих, местные элиты пытаются влиять на ту или иную таможню, полукриминальные элементы, отдельные персонажи из депутатского корпуса. Поэтому сегодня таможня Украины переживает очень тревожное, очень непростое время. Возможно, один из самых сложных этапов своего развития.

Кто кормится с таможни?

  • Я однажды на большом совещании рисовал круг – медовый пряник, кто кормится с таможни. И пытался объяснить, что сами таможенники получают из этого медового пирога процентов 15, а все эти кормушки расходятся между силовыми структурами начиная от уважаемой СБУ и т. д. Я прошелся по кругу и показал в процентах на сегодня тех, кто режет этот коррупционный пирог.

Это вы случайно не о президентском заседании, посвященном борьбе с контрабандой, говорите?

  • Прозвучало там и это, да.

Президент спросил вас, когда вы возглавляли таможню, что мешает вам быть эффективным? Или что он спросил?

  • Кто занимается контрабандой? Кто крышует? Президент так не говорил, но фактически подразумевалось это. В зале сидели уважаемые руководители силовых структур страны. Я сказал: “Все участники регаты находятся в этом зале”.

Их сразу же арестовали?

  • Меня уволили через некоторое время.

Я знаю очень колоритного человека – Геннадия Геннадьевича Москаля. И я знаю, что у вас с ним был колоритный разговор однажды. В чем он заключался?

  • Геннадий Геннадьевич был губернатором Луганской области. Возникла ситуация, когда на один из заводов не могла поступить целлюлоза из-за того, что СБУ заблокировала поступление под абсолютно надуманным предлогом. Губернатор немножко не разобрался в ситуации, посчитал, что это сделала таможня, перезвонил мне по вертушке и в свойственной ему манере высказал претензии. Когда я ему во флотском варианте ответил, Геннадий Геннадьевич сказал: “О, та ти ж мене розумієш, ти ж розумний хлопець, ми ж домовимося”. Я поддерживаю самые близкие отношения сейчас с Геннадием Геннадьевичем, считаю его сильным и достойным человеком.

Часто на вас пытались давить серьезные люди?

  • Поначалу, в 2009 году, – да. В самом начале большой таможенной карьеры. В 2014 году уже нет.

Как это выглядело? Вам звонили, вас встречали?

  • Были угрозы, были звонки серьезного уровня. Но в 2009-2010 гг. был премьер-министр, которая понимала ситуацию и реально поддерживала. Когда бывший президент, с которым я сейчас тоже поддерживаю самые добрые отношения, пришел меня снимать с должности на коллегию прокуратуры, ваш покорный слуга там выступил, после чего было сказано: “Кто кого снимает?”. И мы поменяли формат, скажем так. Давление было от самых высоких эшелонов и заканчивая криминальными элементами. Мы это прошли, это уже история.

Бандиты приходили?

  • Приходили.

Разговаривали конкретно?

  • По-разному было. В 2014 году приходили уже камуфлированные наши “специалисты”. Это так называемые “герои” Майдана, которые начали курировать те или иные контрабандные схемы. Я пригласил самых активных к себе в кабинет, налил по рюмке коньяка, мы поговорили, и они сказали, что вопросов уже, в принципе, нет.

Рубцов на сердце много у вас осталось после всех этих передряг? Это же нервная работа – руководить таможней, да еще и два раза.

  • Илья Николаевич Емец, кардиохирург, знает. Это сложная работа, если ее стараться делать честно и профессионально.

– Вы научились отказывать?

  • Да, я часто отказывал.

Сердце в пятки не уходило от частых наездов?

  • Нет. После известной истории с оформлением газа и после того мощнейшего пресса спецслужб в первой половине 2009 года страх ушел.

Какая самая большая взятка, которую вам предлагали?

  • Три миллиона долларов. Деньги предлагали за назначение подонка на должность. Слава Богу, этот подонок так и не всплыл потом.

А если бы деньги предлагали за назначение хорошего человека на должность?

  • Я бы не взял. Никогда. Я считаю, что это порочно, позорно и никчемно – брать грязные деньги за назначение людей на должности.

При Януковиче вас посадили в тюрьму. За что?

  • История оформления газа. Известный газовый контракт – абсолютно прозрачный, понятный, где для оформления таможне были предоставлены все необходимые документы. Да, были проблемы с переходом права собственности между НАК “Нафтогаз” и легендарным “Росукрэнерго”. Но проблемы права собственности не есть проблемы таможенного контроля и таможенного оформления. Если на таможню подаются все необходимые документы, то у таможни есть два пути: ты принимаешь к оформлению, а если чего-то нет, то ты отказываешь в оформлении. У нас в той ситуации не было оснований отказать в оформлении. Вот если бы отказали тогда в оформлении, нас надо было бы сажать в тюрьму.

То есть посадили по беспределу?

  • Посадили по беспределу.

Требовали кого-то сдать?

  • Да, Тимошенко. Мне написали 14 пунктов, которые я должен был выполнить и выйти на свободу.

И вы?

  • Послал.

– Неужели не хотелось выйти?

  • Хотелось, но я принял решение. И семья меня поддержала. Я принял его достаточно быстро и потом ни разу не сожалел.

Юлия Владимировна узнала об этом?

  • Да, она знает об этом.

Какой у вас разговор состоялся после тюрьмы? Был ли он вообще?

  • Да. Буквально через три дня после ее выхода из тюрьмы в ее кабинете, когда мы обнялись. Она пахла таким же запахом, каким пах я после своей тюрьмы, – прелым запахом безнадеги. Даже золотая клетка, о которой  говорят, что она там была, – это тюрьма. Этот запах просто чувствовался, я его запомнил навсегда.

– Как вам сиделось?

  • Когда я попал в камеру смертников (из этой камеры уводили на расстрел, когда еще были расстрельные статьи) и меня там поначалу держали (сейчас это камера для пожизненно заключенных), то первые часы было тяжело. Потом я переключил сознание, сказал: “Анатолий, ты же был на подводной лодке, ты был в замкнутом пространстве. Считай, что пошел в автономку”. Похудел за месяц-полтора на 15 кг. Когда жена меня увидела через 2 месяца, то сказала: “Ты нам такой не нужен. Ты всегда был сильным. Восстанавливайся”. И я поменял свое отношение к тюрьме, сказал, что тюрьма не будет меня ломать, а я буду тюрьму (ломать, – ред.). У Бродского есть такие слова: недостаток пространства компенсируется избытком времени. Там много времени – читай, занимайся спортом, думай, пиши.

Вам было себя жалко?

  • Нет. Ни разу.

– Вы не плакали ни разу в тюрьме?

  • По-моему, первый раз, когда встретился с супругой. Мне было стыдно перед ней. Я переживал за то, что ей очень сложно. Я переживал за то, что я ее подвел.

Вас не унижали?

  • Нет. Один раз пытались. Досмотр с раздеванием. Н не получилось. Сергей Старенький, бывший начальник СИЗО, об этом знает, и он в этой ситуации повел себя очень достойно. Он отдал необходимые команды. Я не позволил бы, я бы дрался.

Как относился к вам блатной мир?

  • Уважительно. У нас были контакты на втором этапе тюрьмы. Правоохранителей блатной мир называет “цветными”. Как сказал один бывший заключенный, “когда  “цветной” Макаренко входил, блатные вставали”. Надо было себя ставить, потому что рисовали мне 8-10 лет, и я должен был приготовиться к тому, что в этих условиях мне придется находиться долго. Надо было фиксировать свое имя, свою позицию.

Я видел фотографии из Лукьяновской тюрьмы, совершенно жуткие. На мой взгляд, даже закоренелых преступников держать в таких условиях бесчеловечно. Вы в таких же камерах сидели?

  • Я сидел в разных камерах. Одна их самых страшных камер – где стены выходили на солнечную сторону. А это было лето, и это было ужасно. Мы постоянно обливались водой, единственный воздух поступал в камеру через открытую решетку. А потом эту решетку начали заваривать. Два дня мы выламывались, чтобы кого-то вывели, – нужно было разобраться в ситуации. Я потом сделал демарш, и меня привели к начальнику СИЗО Сергею Старенькому. Я ему говорю: “Зачем заварили камеру? Мы задыхаемся – дыма напустили”. Он говорит: “СБУ проинформировала, что есть угроза вашей личной безопасности”. Я говорю: “Но эту угрозу вы локализуете, создавая угрозу жизни другим обитателям камеры”. Надо отдать должное Старенькому: он принял решение, и нас раскупорили.

Кто из известных сидельцев сидел рядом с вами?

  • Игорь Степанович Зварыч, судья Зварыч. Мы были вместе, в одной камере. На завершающем этапе уже.

С Луценко вы пересекались?

  • Один раз, когда нас вывели на допросы в разные помещения. Я уже был матерым заключенным, немножко влиял на ситуацию. Конвой мне открыл дверь и открыл дверь к Юрию Витальевичу. Я забежал, обнял его, поцеловал Ирину, она как раз была у него.

Вы сохранили  с ним хорошие отношения?

  • Да. Юрий Витальевич Луценко – мой друг, и я горжусь этой дружбой, очень ее ценю.

Он достойно сидел?

  • Он очень достойно сидел.

Сейчас, когда вы встречаетесь, вы вспоминаете тюрьму?

  • Вспоминаем, но с анекдотом, с улыбкой.

Это правда, что к вам в тюрьму однажды приехал Вахтанг Кикабидзе?

  • Да. Это правда. Приехал Вахтанг Константинович, меня вызвал к себе начальник тюрьмы, весь дрожащий, и сказал, что Кикабидзе хотел со мной встретиться. Но начальник тюрьмы сказал ему, что если он выведет меня из камеры на встречу с Кикабидзе, то сядет на мое место. Он сказал мне: “Прости, я не мог эту встречу организовать”. И передал мне иконку от Кикабидзе. Это было очень трогательно и на всю жизнь. Я преклоняюсь перед этим человеком и люблю его.

Сколько времени вы провели за решеткой?

  • Один год и 13 дней.

Это выброшенное из жизни время? Или вы что-то приобрели?

  • Если на чашу весов положить слово “выброшенное” и  “приобретенное”, то, скорее, приобрел уверенность. Поверил в себя.

Кто персонально несет ответственность за то, что вы оказались на нарах?

  • Группа молодых следователей, которые приняли дело и сфальсифицировали его.

Но ими же кто-то руководил?

  • Руководил председатель СБУ Валерий Иванович Хорошковский.

То есть это его инициатива была?

  • Мне трудно сказать. Скорей всего, инициатива того круга, который мы сейчас называем группа “Росукрэнерго”. Она уже ушла в историю. А тогда это была мощная группировка. Поэтому для какой-то схемы по возвращению их газа посадка Макаренко и других таможенников была необходима. Конечно, хотели получить показания в отношении Тимошенко. Это уже было необходимо политическому руководству. Газ они вернули – показаний не получили.

Хорошковский ведь тоже до вас был руководителем таможни?

  • Да.

Есть же какие-то коллегиальные отношения?

  • Валерий Иванович был очень мощным руководителем таможни. После выхода из тюрьмы мы встретились с Валерием Ивановичем, объяснились, у меня нет абсолютно никаких претензий к нему. Когда мы оформляли газ, он мне сказал: “Оформите газ – я вас посажу в тюрьму”. Я ему сказал: “Вы же меня знаете: если будут все документы предоставлены НАК “Нафтогаз” к оформлению, я газ оформлю”. Он сдержал свое слово.

Год и 13 дней вы отсидели. Отомстить кому-то за это хочется?

  • Нет. Мне предлагали включаться в акции по мщению судье Царевич, которая меня судила. Судья Вовк меня судил. Николай Грабик, который был руководителем следственной группы, а потом – руководителем следственной группы в Харькове по Тимошенко. Мне предлагали заниматься игрой в догонялки. Я отказался. Не хочу. Но я их всех помню.

Многие люди, которые были на очень высоких должностях, а потом попадали в тюрьму, рассказывали мне, что следователь, первым делом пытаясь их сломить, говорил: “Это ты там, на воле, был тем-то, а здесь ты никто”. Вам такое говорили?

  • Ни разу.

Вы помните день, когда уходили из тюрьмы?

  • Да. Я знал, что долго не выйду из тюрьмы. Когда мне в очередной раз сказали, что надо ехать (а за год меня вывозили около 100 раз на всякие допросы), то я сказал, что уже согласен с решением и не поеду. Но тут пришел дежурный офицер и сказал, что я обязательно должен ехать. Я приехал, и этот суд меня выпустил. Абсолютно неожиданно. Хотя за три месяца до этого мне предлагали выйти под определенные условия, а таможенного инспектора, который оформлял газ непосредственно, оставить в тюрьме. Я сказал, что выйду только со своим инспектором. И я вышел в один день с ним.

Это правда, что вы вышли потому, что к Януковичу пришел кто-то очень серьезный и сказал: “Вам нужно отпустить Макаренко”?

  • Ходят такие слухи. Я хотел бы это узнать, пожать руку этому человеку, но до сегодня я не знаю.

Европейский суд удовлетворил ваш иск к Украине о возмещении морального ущерба за то, что вы отсидели. За то, что вы были невиновны. Сколько вам должны выплатить и выплатили ли?

  • Пока не выплатили. По решению суда, это 10 тыс. евро. И если эти деньги будут каким-то образом начислены бывшему подсудимому Макаренко, они сразу же уйдут детворе Украины. Мы помогаем нескольким семьям, и я знаю, куда эти деньги пойдут.

То есть европейский суд признал, что отсидели вы незаконно?

  • Да. Мы этого добились. Прошли почти семилетний цикл, дабы другим – ретивым следователям, ретивым оперативникам – неповадно было такое делать. Группа следователей получила медали за нас, квартиры, досрочные звания.

Что происходит сегодня на украинской таможне?

  • Украинская таможня сегодня деградировала. Украинская таможня сегодня непрофессиональна. Она разложена морально и не способна обеспечивать экономическую безопасность государства.

Это приговор или это можно изменить?

  • Это сегодня свершившийся факт, и что-то перестраивать в той системе координат государственной фискальной службы, которая есть, невозможно. В украинской таможне два с половиной года нет руководителя. Винницкий начальник налоговой администрации, который стал и. о. заместителя председателя ГФС у Романа Насирова, Продан Мирослав, сегодня же и. о. главы ГФС. У таможни – и. о., и. о. – руководителя нет 2,5 года. Директор департамента организации таможенного контроля (все департаменты убиты, уничтожены, осталось 1-2 департамента) уволился. Таможня обезглавлена. Однозначно, эта ситуация устраивает решал, смотрящих, жрущих медовый пирог и пьющих кровь из экономики Украины. Но это ненормально для страны с такими границами, с таким народонаселением, с такой экономикой.

Это правда, что украинская таможня сегодня работает с Крымом, как с иностранным государством?

  • Да. Оформляются так же грузовые таможенные декларации, оформляются так же пассажиры, пересекающие границу.

Это позор?

  • Это ненормально.

Зона АТО сегодня – лакомый кусок для контрабандистов с обеих сторон?

  • Да. Контрабанда – слово, неприменимое к зоне АТО, потому что это все-таки наша территория. Но по-другому незаконное перемещение грузов не назовешь. Это внутренняя контрабанда. Сегодня это колоссальная проблема и колоссальный теневой рынок.

Участники этого рынка…

  • Силовые структуры. Таможенных служб там нет, потому что таможенная служба стоит пока еще на границе своей страны, а не на линии разграничения. Хотя такие идеи были, и я категорически, будучи зампредом ГФС, заявил: “Мы что, будем признавать сейчас суверенитет этих лжереспублик?”.

Участники этого процесса говорили мне, что там крутятся миллиарды долларов.

  • Это правда, огромные суммы.

Как вы думаете, война закончится при таких деньгах с одной и с другой стороны? Она же выгодна всем, кто участвует в процессе.

  • Я уверен в том, что при наличии политической воли у тех людей, которые принимают решения, это все можно сделать очень быстро.

Кто у нас сегодня лидер контрабанды в стране?

  • На сегодня контрабандных точек в Украине очень много. Это входы контрабанды. Одесса – это классическая точка входа, и я думаю, что она была и остается лидером. Но на сегодня настолько размыты таможенный контроль и таможенное оформление, что потоковую контрабанду можно найти в тех точках, где раньше ее никогда не было. В тех же Сумах.

Кто сегодня крышует контрабанду?

  • Сегодня контрабанду сопровождают те же контрабандные дельцы, что и много лет до этого. Они не поменялись. Контрабанду сопровождают те же силовики, которые постоянно пытались ее сопровождать и с которыми у меня всегда были непростые отношения. Я их выгонял нормативно, выгонял по-разному, выталкивал из зон таможенного контроля. Эффективность их работы – 0,0. Тема одна – зарабатывание коррупционных денег и гнобление бизнеса.

Что вы думаете о “евробляхах”?

  • Если бы “евробляха” попыталась заехать в Украину в 2014 году, в мою вторую каденцию, я бы ее разобрал до винтика в пункте пропуска. Придумал бы повод, и она бы там сгнила. 1 500 кузовов стояло у меня на въезде на Волыни, КПП “Ягодин”. Не могли завезти. О “бляхах” разговор вообще не шел. Пытались завезти отдельно кузов, а отдельно – машинокомплект (моторы, шасси и т. д.). Я сказал: “Ищите наркотики”. Мне говорят: “Мы уже не можем держать”. Я говорю: “Тогда пилите. Возможно, они из золота сделаны”. И аппетит завозить пропадал. Поэтому когда ребята создали эту схему, замотивировали коррупционных чиновников ГФС, ниша открылась.

Таможня, вообще, может работать честно? Есть прецеденты в мире, когда таможня работает честно?

  • Вся Западная Европа работает честно. Прибалты работают честно, грузины работают абсолютно прозрачно и честно.

И мы можем? Но пока не хотим?

  • Мы можем. Абсолютно простые три условия: изменить кадровую политику (зачистка должна быть тотальной, мощной и сильной); оставить старых работников, вернуть лжелюстрированных специалистов, потому что некому учить уже скоро будет, вычистить всех, кто пришел со стороны “решал”, “заробитчан”, как мы их называем, в погонах; дать адекватную зарплату. Польский таможенник сегодня получает небольшую зарплату – 1 000 евро.  Но это фиксированно, социальный пакет, плюс беспощадная борьба с коррупцией.

Сколько сегодня получает наш таможенник?

  • Сегодня молодой таможенник, только что пришедший, получает в пределах 300 долл.

Сколько он должен получать, чтобы не брать?

  • Для того чтобы нормальный молодой человек пришел на Киевскую таможню, хотя бы долларов 700.

А можно ли сделать так, чтобы какая-то зарплата, но за перехваченный груз – проценты?

  • Можно и нужно. Я с такими инициативами всегда выступал. На таможне Украины сегодня работает 9 800 человек, это совсем мало. У нас работали 18 тыс. человек. Из них 9 800 (40%) – оперативный состав. Вот этим людям надо дать адекватную зарплату, над ними поставить не лжеслужбу собственной безопасности, которая занимается коррупцией сейчас в ГФС (это одни из основных сейчас коррупционеров), убрать силовиков, но поставить нормальных контролеров. Не все прекратится, не сразу, но со временем. Поляки это прошли. Они до сих пор сменами кладут в асфальт своих таможенников. Понятно, что это будет, но это не будет полной дырой в границе.

То есть вы верите, что украинская таможня может прозрачно и честно работать?

  • Абсолютно в это верю. Грузины смогли, почему мы не можем?

Я хорошо помню, как вы были на Майдане в самые тяжелые дни, когда была реальная угроза жизни. Вы ночи проводили там. Скажите, вы бы вышли на Майдан, если бы знали, к чему это все приведет спустя 4 года?

  • Воры сменились барыгами. Если бы я знал, что воры, против которых мы боролись на Майдане, сменятся барыгами, я бы, наверное, себя немножко по-другому вел. Но однозначно был бы на Майдане. Но только не смотрел бы с упоением на сцену Майдана.

А смотрели?

  • К сожалению, да. И я, битый и тертый, с условным сроком судимости, живущий на Майдане, поддался. В этом каюсь. Второй раз не поддамся. Наверно, что-то буду делать по-другому.

Вы однажды прямо из моего дома уходили в ночь, с вами были целые группы офицеров запаса, которые готовились к самым тяжелым и непредсказуемым событиям. Вы готовы были умереть тогда?

  • Мы уходили именно в ту ночь, когда начали убивать. Мы все были с оружием. Мне удалось сохранить всех своих людей, но, к сожалению, случилось то, что случилось. Но ни один из тех, кто был рядом со мной, слава Богу, не воспользовался своим оружием.

Коррупции сейчас больше, чем при Януковиче, на ваш взгляд?

  • Трудно оценить степень коррупции – больше или меньше. Я скажу, что она стала массовой, тотальной, циничной и беспросветной.

Насиров – герой или жертва?

  • Для меня Роман Михайлович Насиров – человек, который финализировал уничтожение украинской таможни.

Каков сегодня у нас в стране принцип назначения людей на высшие должности? Правильный ли он и каким должен быть, на ваш взгляд?

  • Лжеконкурсы, подковерные договоренности, никчемные кадровые решения за редким исключением. Вернуть компетентных людей, пересмотреть закон о лжелюстрации и вернуться к нормальной кадровой политике. Чиновничья номенклатура выращивается годами, а не берется с воздуха – фейковые реформаторы и т. д. На сегодня, я считаю, мы потеряли полностью кадровый потенциал роста.

Я восхищаюсь вашими афоризмами, которые вы в ФБ периодически выкладываете. И я знаю, что вы и стихи пишете. Давайте дадим, чтобы наши зрители тоже это почувствовали, какой-то афоризм или какое-то стихотворение.

  • Из неопубликованных афоризмов: “Не сажайте, да не сажаемы будете”. А недавно я написал, когда смотрел хронику ФБ, что “лента новостей превращается в ленту ненавистей”. Афоризмы пишут несостоявшиеся романисты, лентяи. А стихотворение одно из прошлого, флотского, своей супруге я написал: “Об одном прошу: не надевай эти с бабочками черные колготки. Милая моя, не забывай, я служу на атомной подлодке”. Евгений Александрович Евтушенко, когда это услышал, написал мне: “Автору бессмертной рифмы колготки-подлодки, талантливому поэту Толе Макаренко. С уважением, Евтушенко”. В 1990 году, накануне нашей независимости, родились такие слова, которым уже 28 лет: “Країні я бажаю волі, собі і вам – всього в достатку, щоб незалежну, кращу долю, ми здобули своїм нащадкам. Щоб нас ніколи не спіткала зажурена, лиха година. Жила щоб завжди в мирі зі всіма весела, горда Україна”.

– Анатолий Викторович, спасибо вам. Если вы когда-нибудь выставите свою кандидатуру на президентских выборах, я буду за вас голосовать.

Поделись этой статьей с друзьями:
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •